Рассказы|Истории

Договор о счастье В день, когда они решили быть счастливыми, между ними уже лежали документы о разводе. Аня сидела на кухне, поджав ноги на стуле, и водила пальцем по краю чашки. Чай давно остыл. В

Цена капризов Когда Марина впервые услышала слово «избалованная» в свой адрес, ей было шесть. Она стояла в детском магазине с куклой, которую уже держала в руках, и смотрела на вторую — вдвое дороже

Последний человек, кому я хотела позвонить Я узнала, кто отец моего ребёнка, за три недели до родов. И хуже всего было то, что позвонить ему я не могла. Не потому, что не хотела. А потому, что уже п

Седьмой этаж без лифта Когда в доме ломается лифт, люди начинают здороваться. Я заметил это давно. В обычные дни они проскальзывают мимо стеклянной будки, где я сижу, как часть мебели. Пальто, каблу

После последнего звонка Когда я впервые увидела их вместе, я не подумала ничего плохого. Он стоял у школьных ворот с тем же выражением лица, с каким проверял наши контрольные — сосредоточенным и нем

Стена справа Когда я поняла, что сосед слушает мои разговоры, было уже поздно — он начал отвечать. Сначала я решила, что это совпадение. Стены в панельных домах тонкие, звуки проходят, как сквозь бу

Вторая в списке контактов Когда он впервые назвал её по фамилии, она поняла, что влюбилась. Не «зайка», не «солнышко», не даже по имени — сухо, уважительно: — Кравцова, вы гений. Она тогда рассмеяла

Холодный расчёт В тот день, когда Алина решила отомстить, она не кричала, не плакала и даже не хлопнула дверью. Она просто взяла ручку и начала писать список. Список был коротким — всего пять пунктов

Квартира №17 Я понял, что она забрала моё сердце, только тогда, когда оно перестало болеть. До этого оно болело каждый день. Боль началась в тот вечер, когда я открыл дверь квартиры №17 и увидел её н

Шрам под сердцем Виктор всегда говорил, что любовь — это диагноз. — Не смертельный, — добавлял он, — но осложнения бывают серьёзные. Когда он говорил это на лекциях, студенты смеялись. В их двадцать